هارد استپ

В начале было слово. В 1994 году Груврайдер хардстепом называл музыку, которую играл в то время. Существует даже легенда, что имя термину подсказал его друг, когда Grooverider заводил новые треки, а тот не знал, как под них двигаться. Благодаря лейблу Kickin’ Records, который помнит еще бойкий британский хардкор, имя прижилось быстро — в том же девяносто четвертом году выходит компиляция Grooverider presents hardstep selection. Volume 1. (К слову сказать, вторая часть последует в девяносто пятом году.) Хардстеп явился следующей фазой развития рагги в джангле, но на первое место уже ставился не сам речетатив, а музыкальное сопровождение. Вокальные семплы, в основном, дополняют сумбурное исполнение, придавая ему особый вкус. И хотя на обложке компиляции написано о смеси (микстуре) «драм-н-бейса и рагга-стилей джангла», на самом деле хардстеп представляет собой такой пост-рагга-джангл. Когда, вроде бы, время пребывания рагги в ломанных ритмах закончилось, между рагга-джанглом и хардстепом установилась непробиваемая бетонная стена, но все же ямайские темы просачиваются каким-то образом в музыку. Вполне возможно, кстати, что уже тогда искали пути отступления, понимая неизбежность разделения сцены. Вполне возможно, что хардстеп был промежуточной фазой между джанглом и драм-н-бейсом. Вполне возможно, что это и есть то самое новое звучание , которое выделяли на закате джангла творцы нового явления. И, видимо, хардстепу было уготована судьба разломать ритм до основания, подготовив базу для драм-н-бейса. Но вообще, как может показаться из названия, хардстеп не обладает каким-то сверхтяжелым или агрессивным звучанием. Фишка хардстепа состоит в присутствии бас-барабана (так называемой «бочки»), который в джангле почти не появляется — его просто-напросто вырезали и со временем это вошло в привычку. Таким образом невесомый ритм теперь как будто отталкивается от поверхности. Вторая особенность заключается в том, что этот бас-барабан семплируется музыкантом многократно и повторяется не просто (и не только) на протяжении всего трека, но и в какой-либо короткий промежуток времени (скажем, в течение пяти секунд), еще больше запутывая ритм и делая его трудным для танцев — отсюда, видимо, и трудности друга Груврайдера в освоении синхронности музыки с телом. Вообще, запутанный ритм — это конек хардстепа. Гимном хардстеп-движения по праву можно считать известный трек Рэя Кейта — Terrorist, который вышел в том же 1994 году под именем Renegade. «Я просто вбил амен-брейк в свой семплер; обработал его, чтобы он звучал лучше и получил на выходе 4-тактовую закольцовку», — вспоминает Ray Keith, как создавал свой хит, — «Очень много людей использовали амен на заре становления джангла, но Terrorist был первым треком, который использовал чистый амен — я взял его с какой-то брейкбит-компиляции, в то время как многие брали аменовскую сбивку с хип-хоп трека Mantronix — King of the beats. Когда вышла пластинка Terrorist, множество музыкантов начали вырезать ударную партию уже оттуда. Сейчас, конечно, этот трек можно выкинуть в корзину или куда-нибудь еще, или порезать на сотни мелких кусочков, но в те дни мы шинковали ударные вручную». Рэй Кейт совершил еще одну революцию в драм-н-бейсе — это он первый использовал reese bassline (воссозданный бас, услышанный в треке одного из отцов техно Кевина Сондерсона, по прозвищу Reese, Just want another chance). Этот низкочастотный гудеж был призван заменить похожий на ямайский даб отрывистый бас. Это уже потом в ’95 году Alex Reece использует его в своем знаменитом тустеповом треке Pulp fiction, а затем reese bassline будет повсеместно использоваться в текстепе и станет неотъемлимым атрибутом как жанра, так и драм-н-бейса вообще. Продолжая моду и укрепляя позиции рис-бейслайна и хардстепа, DJ SS (не Schutzstaffel, а Scratching Stein) выпускает черную пластинку, которая, пожалуй, является лучшей демонстрацией хардстепа: ядерная смесь многократно повторяющихся тарелок, бас- и просто барабанов. А сентиментальный медленн