Tau Zero

Пол Андерсон. Тау Ноль. ("Интерпланетарные исследования" 4). Пер. - С.Алешкина. Poul Anderson. Tau Zero (1970) ("The Interplanetary Exploration Tales" 4) 1 - Смотрите - вон там. Поднимается над Рукой Бога. Это он? Думаю, да. Это наш корабль. Они были последними посетителями. Парк Миллеса закрывался. Большую часть послеполуденного времени они бродили среди скульптур. Он был в восторге от первого знакомства с ними, она говорила молчаливое "прощай" тому, что было частью ее жизни. Им повезло с погодой. Лето было на исходе, но в этот день на Земле ярко светило солнце, дул легкий ветерок, который заставлял танцевать тени листвы на стенах вилл. Звонко журчали фонтаны. Когда солнце зашло, в парке как будто все ожило. Казалось, что дельфины кувыркаются в волнах, Пегас рвется в небо, Фолк Филбайтер высматривает потерянного внука, а лошадь его в этот миг споткнулась, переходя брод. Орфей прислушивается, юные сестры обнимаются, воскреснув - и все это беззвучно, ибо взгляду наблюдателя было доступно лишь краткое мгновение их жизни. Хотя время, в котором существовали статуи, было ничуть не менее реальным, чем зимнее время. Как будто они живы и предназначены звездам, а мы должны остаться позади и постареть, - пробормотала Ингрид Линдгрен. Шарль Реймон не слышал ее слов. Он стоял на каменных плитах под пожелтевшими березами и смотрел на "Леонору Кристину". Наверху колонны, которая служила ей опорой, Рука Бога, возносящая ввысь Гений Человека, рисовалась силуэтом на фоне зеленовато-синих сумерек. Позади нее крошечная звездочка быстро пересекла небосклон и скрылась. Вы уверены, что это не какой-нибудь спутник? - в тишине спросила Линдгрен. - Я не думала, что мы сможем увидеть... Реймон выразительно поднял бровь. Вы - первый помощник, и вы не знаете, где находится наш корабль и что он делает? Он говорил по-шведски с акцентом, как и на большинстве других языков, резко меняя интонацию. Эта манера говорить подчеркнула иронию его слов. Я не навигационный офицер, - сказала она, защищаясь. - Притом я постаралась, насколько возможно, выбросить все дела из головы. Вам бы тоже следовало так поступить. Нам предстоит этим заниматься много лет. - Она потянулась к нему. Ее тон смягчился. - Прошу вас. Давайте не будем портить этот вечер. Реймон пожал плечами. Простите. Я не хотел. К ним подошел служащий, остановился и почтительно произнес: Извините пожалуйста, но нам пора закрывать. О! - Линдгрен вздрогнула от неожиданности, бросила взгляд на часы и посмотрела на террасы. Там не было никого - если не считать тех живых существ, которых Карл Миллес воплотил в камень и металл три века назад. - О да, конечно, давно пора. Я просто не отдавала себе отчета, как поздно. Служащий поклонился. Поскольку леди и джентльмен явно желали этого, я оставил их одних в парке после того, как остальные посетители ушли. Значит, вы нас знаете, - сказала Линдгрен. Кто же не знает? Во взгляде служащего читалось восхищение. Она была высокой, хорошо сложенной, с правильными чертами лица и широко расставленными голубыми глазами. Волосы ее были подстрижены коротко, чуть ниже мочек ушей. Ее одежда была более изысканной, чем обычно носили вне службы женщины, работающие в космосе. Богатые мягкие оттенки и ниспадающие складки неосредневекового стиля очень шли ей. Реймон представлял собой резкий контраст - коренастый, темноволосый мужчина с суровым выражением лица, со шрамом на лбу. На нем были прямая туника и брюки, которые ничем не отличались от униформы. Спасибо, что вы нам не стали мешать, - сказал он скорее из вежливости. Я подумал, что вы наверняка не хотите, чтобы вам докучали, - ответил служащий. - Без сомнения, вас узнали многие, но поступили так же. Мы, шведы, воспитанные люди, - улыбнулась Линдгрен Реймону. Не буду спорить, - сказал ее спутник. - Трудно вести себя иначе, когда вы повсюду в Солнечной системе. - Он сделал паузу. - Тому, кто правит миром, лучше проявлять вежливость. Римляне в свое время были вежливы. Пилат, например. Отповедь Реймона привела служащего в замешательство